Стало известно об очередном падении путинского рейтинга. На этот раз он рекордный за шесть лет и в последний раз наблюдался в январе 2013-го, то есть до всеобщего крымского патриотического подъёма. Люди не хотят войнушек и внешнеполитических «побед», которые на хлеб вместо масла не намажешь.
Почему это происходит, где промахнулся Акелла? Беда Путина та же, что беда любого другого засидевшегося во власти политика — он потерял связь с реальностью. Его реальность, как намекают инсайды из Кремля — это грохот пушек, военные операции и геополитические триумфы, это — он — в центре внимания на политическом форуме.
Реальность народа — другая: 18 тысяч рублей в месяц, повальная нищета, разваливающаяся медицина (когда для Сирии не жалеют денег), повышающийся возраст выхода на пенсию. Чтобы сцепить эти две параллельные, несходящиеся линии, Путин обратился к истории. Так хорошо бывает, отцепившись от жизни, отыскать действиям своим оправдания в прошлом! Всюду уютно — выиграл: значит верно понял историю, проиграл — обидела злая судьба, не дала того же, что предшественнику. Так неталантливые писатели, копируя стиль Бунина или Толстого, поражаются после, что не имели успеха их кривые и косые вневременные создания, говорящие не на языке настоящего, и винят не себя за неумение нащупать вену времени, а читателя за то, что не понимает великого. Путин в качестве такого примера выбрал Сталина. Как же непохоже — и тогда, и сейчас — нищета, великая миссия, самоотвержение народа и главное, самое соблазнительное — сияющий лик верховного руководителя, мягко улыбающегося с заоблачных высот urbi et orbi. Канва прекрасная, себя зарекомендовавшая, и как уютно вдруг в ней! А как замечательно ложатся на сегодняшний миг и сталинские методы — репрессии, разгоны, насилие? И как легко формулируются в политике лозунги 37-го года — сильная рука и сильное государство? Только не было при Сталине ни дворцов с бассейнами, ни списка Форбс, ни роттенбергов с потаниными, что висят веригами на путинской власти. И сильная, извечная мечта человечества о счастье и равенстве возносила Сталина к солнцу, пересиливая репрессии, теперь же после проповеди тридцатилетней о колбасе и о том, что своя хата должна быть с краю, как народу сплотиться вокруг эфемерного и надземного? Народ этим падением рейтинга начал намекать руководителям, что сильная рука хороша тогда, когда защищает меня, а не когда лезет без спросу в мой карман. А задуманные репрессии, которые косят уже по пятьсот человек в год (при царе было в два раза меньше в предреволюционный 1904-й год), тянут режим вниз, угрожая окончательно утопить его. Уже сто тысяч человек подписалось против фсбэшного произвола с «Новым величием», ну а дальше? У Солженицына в «Архипелаге» было о том, что надо было задержанным кричать в голос, чтобы слышали их (приводился пример о женщине, которая собрала толпу, когда тянули её в автозак — и её отпустили). Палачам, — пишет Солженицын, — нужна тишина. Сегодня тот же громкий голос даёт обществу интернет — и не сотню человек на площади достигает этот крик, а миллионы — в сети.
И вот все слагаемые разложения: общество, ненавидящее власть, власть, совершенно не понимающая общество… Репрессии совершенно невинных людей, против которых восстаёт вся страна. Если десять лет назад демократии в России в том виде, как представлял её Путин, отводили двадцать-двадцать пять лет, то теперь отсчёт пошёл на месяцы… Эх, надо им, надо декриминализировать 282-ую статью и ту, что о наказании верующих, как советует Шаргунов. Иначе их отменят снизу… Додумаются ли?

от

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *